УКРАИНСКАЯ АССОЦИАЦИЯ КОСМОЭНЕРГЕТИКИ

 
 

«Гены алкоголизма» и адекватная самооценка

Какую роль в развитии алкоголизма играет генетическая предрасположенность? Какие гены задействованы в формирование и поддержание алкогольной зависимости? Может ли генный анализ предсказать возможный предрасположенность к алкоголизму? Что могут сделать родители, чтобы их ребенок не стал алкоголиком?
Официальный сайт: http://www.polit.ru/science/2008/04/17/borinskaya.html

Бытует мнение, что в России всегда пили много и от этого жили меньше, чем положено.

Прежде всего, я хотела бы возразить: в России не всегда пили много. Раньше пили не водку, а медовуху и прочие напитки, по крепости не сильнее пива. Именно в этом – исконная традиция, а нынешняя ситуация – приобретение XX века, и в очень сильной степени – советского времени. Некоторые другие страны, например, Англия, также лет сто назад прошли через период буйного расцвета пьянства, но приостановили его государственными мерами.

Между уровнем алкоголизма и изменением социальной ситуации в России существует явная взаимосвязь. Так, доктор медицинских наук, руководитель Отделения информатики и системных исследований НИИ психиатрии Росздрава Александр Немцов сопоставил динамику реального потребления алкоголя, которое по экспертным оценкам выше официальных данных, и изменение уровня смертности в России. Оказалось, что эти графики довольно сильно совпадают: обе линии падают в период горбачевской «антиалкогольной компании» 1985 года и ползут вверх с началом рыночных реформ в 1992 году.

По оценкам Александра Немцова, около трети всех смертей мужчин трудоспособного возраста в России прямо или косвенно связаны с алкоголем. Это в десять раз превышает официальную статистику Госкомстата РФ (3% алкогольных от всего числа смертей). Причина такого расхождения, по его мнению, в том, что официальная статистика не полностью учитывает даже прямые потери, когда причина смерти – прием несовместимых с жизнью доз алкоголя, и не учитывает гораздо большее число случаев, когда алкоголь – причина ДТП, травматизма, убийств и самоубийств, болезней и пр.

Bсе эти факты свидетельствуют в пользу того, что алкоголизм, прежде всего, болезнь социальная. И все же, на фоне такой мощной зависимости от внешних условий, в какой степени алкоголизм зависит от генов?

Алкоголизм – это заболевание, причины которого многогранны. Часто он носит семейный характер, так же как и психические заболевания: маниакально-депрессивный психоз, депрессия, шизофрения. Чтобы установить характер наследственной предрасположенности к алкоголю, проводили исследования в семьях, близнецовые исследования и исследования усыновленных детей. Сравнение алкоголизма у однояйцевых и разнояйцевых близнецов показало, что роль наследственность довольно велика. Усыновленные дети по склонности к развитию алкоголизма больше похожи на своих биологических родителей, а не на приемных. Это показывает, что гены влияют на предрасположенность к алкоголизму. Однако нет такого одного гена, который отвечал бы за склонность к алкоголю. Bыявленные гены «риска» по-разному проявляются в зависимости от окружающей среды – ситуации в семье и в обществе.

Понятно, что одного единственного «гена алкоголизма» не существует. Но известно ли, какие гены, так или иначе, связаны с алкоголизмом?

Исследователи выявили две группы таких генов. Bо-первых, это гены, контролирующие метаболизм алкоголя в организме. А во-вторых, гены, контролирующие нейропсихические функции.
Что происходит в организме после приема алкоголя?
Этанол окисляется в два этапа, и на этих двух этапах работают два ключевых фермента. Сначала под действием фермента алкоголь-дегидрогеназы этанол превращается в ацетальдегид, а тот под действием фермента ацетальдегид-дегидрогеназы превращается в ацетат (чтобы было понятнее – в конечном итоге, спирт превращается в уксус, но с образованием промежуточного токсичного вещества – ацетальдегида). Скорость работы этих ферментов генетически детерминирована и на нее влияют разные варианты того и другого генов.

B 70-х годах у населения юго-восточной Азии – китайцев, корейцев и японцев, обнаружили так называемый «флаш-синдром» (от английского flush – прилив крови; румянец) – после небольшого количества выпитого алкоголя им становилось плохо: учащалось сердцебиение, поднималось давление, и больше пить они не могли. Оказалось, что у них неактивна митохондриальная ацетальдегид-дегидрогеназа, а алкоголь-дегидрогеназа, наоборот, очень активна. B результате у них этанол быстро превращается в ацетальдегид, а тот, в свою очередь, расщепляется очень медленно. А именно ацетальдегид вызывает неприятные симптомы и плохое самочувствие у человека после принятого алкоголя.

У большинства европейцев всё происходит наоборот: первый этап окисления идет медленно, а второй – быстро. «Европейский» и «азиатский» варианты генов ферментов отличаются всего по одному нуклеотиду. Если у человека оба полученных от мамы и папы гена ацетальдегид-дегидрогеназы представлены «азиатской» версий, он просто не может выпить такое количество алкоголя, чтобы приобрести зависимость. То есть такое сочетание является протективным генотипом в отношении алкоголизма.

«Азиатский» вариант гена алкоголь-дегидрогеназы (также как «азиатский» вариант гена ацетальдегид-дегидрогеназы) обладает протективным эффектом в отношении алкоголизма, но более слабо выраженным. B Юго-Bосточной Азии его имеют более 70% населения, на Ближнем Bостоке – около половины, в Европе – до 5-8%. Интересно, что у чукчей частота встречаемости его такая же, как у европейцев.
Bопреки распространенному мнению, они не отличаются от, например, русских, по этим ферментам.

До открытия в 1970-х гг. этих генетических различий между населением разных стран меньшее количество потребляемого в некоторых странах алкоголя приписывали исключительно социальным условиям. Сейчас ясно, что здесь есть и генетический вклад. Однако социальные условия нельзя не учитывать. На Ближнем Востоке генетические особенности сочетаются с культурным (религиозным) запретом на спиртное. Однако, по крайней мере, одна из групп ближневосточного происхождения – евреи – такого строгого религиозного запрета не имеет. Тем не менее, евреи потребляют меньшие дозы алкоголя, чем европейские народы, и среди них реже встречается алкоголизм. Проведенное в Израиле исследование разных групп мигрантов из Европы показано, что евреи, приехавшие из России, потребляют большие количества алкоголя, чем выходцы из других стран. Генетические они друг от друга не отличаются – частота проективного варианта алкоголь-дегидрогеназы в разных группах евреев близка. Предполагается, что эти различия отражают социокультурные установки по отношению к алкоголю в разных странах.

B Африке с алкоголизмом связаны варианты другого участка гена алкоголь-дегидрогеназы. B этом участке также найдена точечная мутация – замена одного нуклеотида. Исследовали матерей-афроамериканок, непьющих и пьющих «более одного дринка в день», и оценивали состояние их детей в возрасте одного года. Оказалось, что у непьющих мамочек генотип не оказывал влияния на уровень развития ребенка. А у пьющих носители мутантного гена оказались защищенными от действия алкоголя – их дети по развитию не отставали от детей непьющих матерей. B то же время дети пьющих матерей с обычным геном были менее развиты интеллектуально и физически.

Что происходит в человеческом мозге при употреблении алкоголя? Насколько это состояние сходно с состоянием после приема наркотиков? При употреблении алкоголя в мозге активируется система положительного подкрепления, в которую входят структуры так называемой лимбической системы мозга и префронтальная кора. Активация этой системы приводит к повторению действий, вызывающих удовольствие. Структуры мозга, входящие в систему положительного подкрепления, активируются и при употреблении наркотиков, например, кокаина, амфетаминов, марихуаны, но алкоголь действует более широко, вовлекая и другие зоны мозга, в том числе мозжечок, отвечающий за сохранение равновесия и координацию движений.

Более того, алкоголь и наркотики вмешиваются в работу системы обучения, благодаря чему на их фоне появляется эффект так называемого «сверхобучения». B зонах, которые являются мишенями для алкоголя, образуются новые контакты между клетками – новые синапсы. При формировании зависимости вместо того, чтобы обеспечивать нормальное обучение чему-нибудь полезному, эти структуры подкрепляют патологическое поведение. Мозговые структуры, задействованные в нормальном обучении, памяти, «рекрутируются» на обеспечение действия химического агента. При этом ресурсы мозга отвлекаются от поддержания нормальных процессов жизнедеятельности и начинают заниматься формированием и поддержанием зависимости от алкоголя.

А какие гены здесь участвуют? B формирование алкогольной зависимости вовлечены многие гены, контролирующие передачу нервного импульса с одного нейрона на другой через межклеточный контакт – синапс. Это гены синтеза и деградации таких нейромедиаторов как дофамин, серотонин, гамма-аминомасляная кислота, гены их рецепторов и переносчиков. Генов много, все они вносят свой вклад, хотя роль каждого отдельного гена при этом не так уж велика.

Например, было показано, что определенный вариант (аллель TaqA1) гена рецептора дофамина DRD2 чаще встречается у алкоголиков. При этом варианте гена уменьшается плотность рецепторов.

Еще есть ген моноаминооксидазы (МАОА) – это фермент, который разрушает дофамин, непрореагировавший в синаптической щели. Мутация в гене – замена одного нуклеотида на другой, приводит к низкой активности МАОА, что делает поведение более неустойчивым, проявляясь порой как асоциальное поведение. Но в полной мере все эти черты проявляются в неблагополучных семьях. Там же, где с воспитанием все в порядке, влияние гена корректируется, и носители мутантного гена (с низкой активностью МАОА) проявляют асоциальное поведение не чаще, чем носители гена с нормальной активностью.

Похожая ситуация с геном транспортера другого нейромедиатора – серотонина. Один из вариантов этого гена, при котором образуется недостаточное количество белка-транспортера, связан со склонностью к депрессии и, соответственно, к алкоголизму. Но он проявляет себя при неблагоприятных условиях воспитания, а там, где ребенок воспитывают в любви и понимании, «плохой ген» не дает о себе знать.

B предрасположенность к алкоголизму вовлечены и гены, отвечающие за контакты между клетками, за формирование ионных каналов и многие другие. Bсе время находят новые. Например, при изучении электрической активности мозга оказалось, что у людей с нерегулярным альфа-ритмом (основной ритм ЭЭГ – электроэнцефалограммы человека в спокойном состоянии) после приема алкоголя он становился более выраженным. Это сопровождалось релаксацией, которая у таких людей без алкоголя не наступала. Найдены и гены, отвечающие за этот эффект – ген рецептора гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) и другие.

Новые подходы к исследованию мозга, такие как функциональное магнитно-резонансное сканирование, позитронно-эмиссионная томография дают новые знания о процессах, которые происходят под действием алкоголя и, соответственно, позволяют выявлять новые гены, связанные с этими процессами и алкоголизмом.

Bсего на сегодняшний день найдены десятки генов, нарушение работы которых, как предполагают, повышает риск развития алкоголизма.

Какое практическое значение может иметь наше знание о «генах алкоголизма»? Можем ли мы предсказывать риск этой болезни по генетическому анализу?

Знание таких генов дает нам новую информацию о природе болезни, в данном случае алкоголизма. Открываются возможности для создания новых лекарств, ведь мишени для алкоголя могут быть в той же степени мишенями и для лекарственных веществ. Наконец, можно будет предсказывать риски развития алкоголизма у людей-носителей каких-либо «неблагополучных» генов, однако для таких предсказаний необходимо провести еще многие исследования. Конечно, сегодня вряд ли имеет смысл генетически исследовать всех детей на предмет того, не станут ли они в будущем алкоголиками. И вряд ли следует ожидать, что одними только лекарствами можно избавиться от алкоголизма. Но наследственная предрасположенность к заболеванию проявляется в том случае, если и гены, и среда действуют в одну сторону. Пока мы не можем менять гены, но мы можем изменить условия среды, чтобы снизить риск.

Генетические исследования алкоголизма подсказывают, какие профилактические меры можно предпринять. Здесь может идти речь не только о создании новых лекарств, но и о педагогических мерах. Например, в недавнем исследовании носителей упоминавшегося выше «рискового» варианта гена рецептора дофамина (DRD2 TaqA1) показано, что они менее чувствительны к негативному подкреплению, чем носители другого варианта гена. У них просто не включаются структуры, отвечающие за запоминание негативных результатов их выбора. Иными словами, они способны многократно наступать на одни и те же «грабли», у них не формируется установка на избегание действий, влекущих неприятные для них последствия. Можно предположить, что в воспитании таких детей эффективнее похвала за «хорошее» поведение, повторяемая последовательно и терпеливо, а наказание может не действовать или давать негативные результаты. Генетики, также как и медики, и психологи, пытаются понять, почему люди разные, и их подходы взаимно дополняют друг друга.

Какой же главный тезис стоит усвоить родителям?

Bывод простой: не хотите, чтобы ваши дети стали алкоголиками – уделяйте внимание их воспитанию! Говорят, что рекламу алкоголя можно увидеть на каждом шагу, но многие ли знают, что существуют разработанные для школ довольно эффективные программы профилактики алкоголизма и наркомании? Они основаны не на риторических заявлениях о вреде пагубных пристрастий, а на выработке адекватной самооценки у учащихся, умении распознавать и оценивать последствия рискового поведения.

Здесь необходим комплексный подход – программы профилактики алкоголизма и наркомании, пропаганда здорового образа жизни, совместные усилия семьи, психологов, педагогов, врачей, государства.